Мой блог

Пора идти в поле.

piterkle | 06 Февраль, 2012 12:32

Тишина и одиночество вернулись к Анне, любимые ее компаньоны, к которым, впрочем, после сегодняшнего беспокойного утра она начала относиться с недоверием.
Она покинула свой наблюдательный пост, вылезла через сенной люк и но приставной лестнице спустилась на землю с другой стороны чердака.
Пора идти в поле и позвать молодого солдата. В комнатке перед зеркалом она привела в порядок растрепанные черные волосы. Аккуратный прямой пробор переходил на затылке в высокий пучок. Смочив руки, она еще раз пригладила волосы, чтобы не выбивались завитушки. Затем достала из комода красивую бахромчатую шаль, которую девушкой носила у себя на родине. Анне был тридцать один год, и родом она была из Бистрицы в Семнградье. Мать ее была румынка, отец немец. Замуж она тоже вышла за немца. И отец и муж примкнули к нацистам.

В уплату за фуражку.

piterkle | 05 Февраль, 2012 12:30

Их шнурованные ботинки, видимо, были из хромовой кожи, штаны и куртки — из тонкого сукна. У них всего много, у этих американцев, подумала она. Второй негр вошел в дом и сразу же хохоча вернулся обратно. На его курчавой голове, лихо сдвинутая набекрень, сидела железнодорожная фуражка старика Робрейта.
— С-с-с-мирно! — рявкнул американец, вытянулся перед дверью, выпятил могучую грудь, поднял руку для гитлеровского приветствия и расхохотался во весь голос.
В уплату за фуражку он сунул ей коробочку, упакованную в станиоль, на которой стояло «Breakfast», И Анна, во второй раз за этот день, до глубины души устыдилась своего неряшливого вида. Черные   искатели мертвых в наилучшем настроении покатили по ухабистой дороге под сливовыми деревьями и до самого поворота махали ей желтым!! флажками. Со времени их отъезда, то есть уже более часа, ничего примечательного не произошло. Только вдали, на востоке, в направлении Эберштедта, куда шли железнодорожные пути, время от времени что-то грохало. На разбомбленном местами перегоне уже несколько дней все было мертво. 

Духи.

piterkle | 05 Февраль, 2012 12:25

Когда она мелко-мелко рубила репу для козы, они подъехали на своих грохочущих грузовиках, до зубов вооруженные и снаряженные, с лицами до того кислыми, словно уксусу напились. Они спрашивали, нет ли здесь этих проклятых немецких «soldiers» , несколько раз пальнули из пистолетов в сенях и в сарае, прежде чем обрыскать дом и двор, и духи, и, наконец, все с такими же кислыми лицами укатили по «сливовой аллее». Анна Слезак не сразу пошла в иоле, думала, что подъедут еще другие американцы. Ей не хотелось, чтобы эти сами нашли у нее немецкого солдата и увезли с собой. Минут через сорок пять мимо ее окна проехала маленькая открытая машина. На железнодорожном переезде она остановилась. Из нее выскочили два негра и стали оглядываться кругом, духи точно ища чего-то. В руках у них были желтые флажки, насаженные на железные палочки. Негры расхохотались, увидев ее, и по мере сил объяснили, чего они здесь ищут: «убитых soldiers, мертвых солдат. Около каждого мертвеца они должны воткнуть желтый флажок. Но здесь не было мертвецов.
— Никого здесь, никого, капут,— заверила она негров. Негры ухмылялись и называли ее «мама». В заднем
углу машины стоял какой-то металлический ящик с множеством кнопок и переключателей. Один из негров что-то крикнул в него, и ему, как по радио, ответил голос. Но эта штуковина удивила Анну меньше, чем щегольская форма черных солдат.

Она уже два раза.

piterkle | 04 Февраль, 2012 12:23

Ну да уж я по опыту знаю, растрепы и неряхи не внушают симпатии чисто выбритым немецким козлам, которые нынче снуют здесь. Опрятную бабенку они мигом толкнут в кровать и сами вскочат за нею. Уж я знаю, прочитай двенадцать раз «Отче наш» — не поможет, а одна-единая головка чеснока спасет от этих козлов.
Она уже два раза лазила на очищенный от всякой завали чердак и смотрела, не виднеется ли посреди поля яма и не вылез ли из нее немецкий солдат, сытый войною по горло. Ее одолевало желание встретиться с человеком, который дал живьем закопать себя, лишь бы остаться в живых. Французы сказали, что он еще молодой.
Здесь война уже кончилась. Уже прошли американцы. 

А на рождество.

piterkle | 03 Февраль, 2012 23:44

А на рождество им была найдена первая листовка: «Не быть миру на земле и в человеках благоволению, покуда я еще жив! Адольф Гитлер.» Фольмер передал ее по начальству, почуяв, что поблизости есть шпики. Однажды Герман Хенне послал его чистить водоотливную штольню. Герман Хенне, некогда его лучший друг, видимо, поладил с нацистами и делал вид, что не замечает Фольмера. 
Когда же Фольмер потребовал, чтобы он дал ему еще двоих людей, Хенне проговорил прежним, знакомым, скрипучим голосом:
— Ты должен работать один, Герберт, и сегодня и вообще, в крайнем случае с военнопленными.— И ушел. С этой минуты Герберт Фольмер точно знал, что он не одинок. Партия жива.

 
Сервис предоставлен BlogRus
Powered by LifeType - Design by BalearWeb